Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

Открыта предпродажа и заказ на книгу "Фотографы Владикавказа 1860-1950"

О книжке про фотографов я рассказывала тут и многие выразили желание ее купить. В настоящее время книга практически готова к изданию, сейчас идет редактура и подбираются иллюстрации.
Поэтому я открываю предпродажу книги "Фотографы Владикавказа 1860-1950 г.". Тираж будет микроскопический. Цена 1000 р. за экземпляр. Деньги можно перевести на киви-кошелек +79888302514 или Яндекс-деньги 410011065615915. Обязательно в комментах сообщите о переводе, количестве экземпляров и оставьте свои контакты, чтобы по выходу книжки в сентябре я вас нашла. Ну вот. С Богом! Примерную верстку одной главы вы можете посмотреть по ссылке. Верстка пока пробная, есть недочеты, которые будут устранены в окончательном варианте. Формат книги будет чуть больше А4.



Так же обращаюсь к коллекционерам. Еще не поздно поучаствовать в создании книги иллюстрациями.

Про книжку о фотографах Владикавказа

Про книжку о фотографах немножко расскажу. Поскольку в голове все оформилось в какую-то единую уже концепцию и в целом стало понятно, сколько и чего будет стоить и как оно будет выглядеть, осталось ответить на вопрос кому это надо еще, кроме меня, естественно. В целом, на выходе ( а это будет осень или конец года, если сложится) мы будем иметь следующее - книгу форматом чуть больше А4 в твердой обложке, с блоком из плотной матовой бумаги. Полноцветная печать. Объем 200-250 страниц. То есть по сути - то, что мы привыкли называть "подарочным" изданием. А потому тираж у нее будет запредельно маленький - всего 300 экземпляров, если повезет, а может и 100, если денег будет совсем не хватать. Что будет внутри... 50 % от общего объема будут занимать фотографии. 50% текст. Чистого текста будет чуть больше 100 -110 страниц, но поскольку он раздроблен на маленькие истории по 2-3 страницы каждая, то книжка выглядеть будет скорее как альбом, а не как текстовое произведение. И стилизована по оформлению она будет тоже как дореволюционный альбом, в пастельной сепийно-серой гамме. По тексту будет несколько логических блоков: в основной блок войдут биографии следующих фотографов Владикавказа, работавших в период с 1860 по 1950 -е г.г.: Гейтен, Конторский, Комарницкий, Воюцкий ( с упоминанием судьбы Влодецкого), Алонкин, Руднев Д.М.(с учетом всех Рудневых), Квитон, Рогозинский, Джанаев-Хетагуров , Липовой И.И. ( с учетом судьбы двух сыновей), Азаниев, Кациан, Оже, Хмара, Битиев И.Р (с учетом судьбы Битиева Г.Р), Терпогосов, Ткешелашвили. Итого 17 полноценных биографий, каждая около 7000 знаков, то есть 2 - 2,5 листа А4. После каждой биографии будет до 10 - 15 страниц иллюстраций (сиреч фотографий) этого фотографа или его ателье (включая вторые ателье). Второй блок будет включать в себя обзор по тем фотографам, чьи биографии обрывочны и в цельный рассказ пока не укладываются. Это Анушкевич, Столбовой, Скаржинский, Кутыркин, Крылов, Лифенко, Виппер, Соколова, а так же любители, как то: Проскура, Преображенская и, возможно, Шамберг. Третий блок - это все, что связано с технологическим процессом. В первую очередь - судьба Сергея Дмитриевича Левицкого и его фабрики фотопластин. А так же изменения процесса в 20-е-30-е годы на примере еще одной фабрики.
Четвертый блок - это справочный обзор всех фотоателье с 1960 по 1990-е годы с примерами работ. Тут и фотоателье Этюд, и ателье в парке, и Иристон и куча безымянных номерных, стертых уже с лица земли. Ну и технические, справочные материалы тоже будут, я их уже не считаю, ибо не интересно. Итого, мы получим на выходе подарочное издание в котором будет описаны все известные фотоателье и фотографы Владикавказа за 150 лет. Бишь с момента появления фотографии в Осетии. Теперь собственно начинаются вопросы, потому что 300 экземпляров со всеми сопутствующими выходят в стоимость 300 тыс. рублей. То есть себистоимость книжки будет в районе 1000 р. Таких денег у меня, конечно, нет, и не будет никогда. Более того, я понимаю, что продаваться эта книжка не будет совершенно, ибо очень узкая тема, мало кому интересная. Поэтому есть два варианта: предпродажа, то есть кто хочет купить, мы скидываемся по себистоимости и издаем ровно столько, сколько заказали. И второй поиск спонсора. Скорее всего, я буду топать по двум путям сразу. Но хотелось бы понять сколько еще таких сумасшедших читателей, которым нужна такая книжка и которые были бы готовы ее купить за вобщем не малую цену в 1000 р.. И второй вопрос, в связи с тем, что при любом раскладе идет "подарочное" издание. Надо ли переводить на английский? Художественная ценность невелика, для Осетии информация там ценная, а вот на экспорт - не знаю.

Был такой город. Владикавказ.

"Был такой город" - это чудесный проект, придуманный махачкалинской писательницей и журналистом Светланой Анохиной ( ака tushisvet ). До гениальности простая идея - собрать воспоминания жителей о родном городе, предъявив миру такой собирательный и необыкновенный портрет этого города - вылилась в итоге в совершенно фантастическую книгу, полную тепла, любви и благодарности.
И честно говоря, мне всегда было завидно чуть-чуть, что нет такого человека, который бы собрал вместе воспоминания жителей Владикавказа. И вот я ждала - ждала, что такой журналист появится, а он все не появлялся. Пришлось самой.  Так, что сильно не ругайте - первый блин, так сказать.

Был такой город. Владикавказ.
Анна Калатозова (Комова). 1940-е годы.

полезные ссылки

Тут как-то зашла речь о любопытных ссылках, которыми я пользуюсь в работе. И, пообещав человеку, с ним поделиться списочком, я таки его составила. А потом подумала, что у меня в ленте довольно много людей, которые интересуются историей, так что может кому-нибудь они тоже будут полезны. Список весьма специфический, так что не обессудьте.
Collapse )

даркованская сага

Когда мне было лет 12 каждый день после школы мы бегали в книжный магазин. Магазин был за углом от школы, и занимал первый этаж огромного сталинского стиля дома на Проспекте Мира, аккурат напротив мухинских рабочих и колхозников. Дом этот в народе назывался домом Жолтовского, и в те времена мы упорно верили, что такое название он получил из-за своего лимонно-желтого цвета. Про архитектора тогда мы мало что знали. Впрочем, мы тогда вобще мало что знали об окружающем пространстве, разве что все проходные дворы, расписания выдачи товара в магазинах, и заброшенные стройки района - вот, что нас по настоящему волновало в те годы. Ну, и книжный магазин, конечно. Магазин этот, может, и не отличался большим ассортиментом, зато отличался огромной площадью и гигантской высотой потолков. Собственно и приходили мы туда поглазеть, редко когда выпадала удача, и мы могли на накопленные с мороженного деньги купить какую-нибудь четырехцветную ручку (предел мечтаний пост-советского школьника), а уж что-бы книжку, такие случаи выпадали еще реже. Продавщицы нас знали, и особо не шугали, когда мы взяв что-то с прилавка устраивались в уголке почитать. Тогда-то мне попалась первая книжка из саги Даркоувера. Точнее по счету она шла последней в эпопее, но мне не было разницы, в те годы я читала все, что мне попадалось под руку, кроме собраний сочинений, которые стояли дома за стеклом. Моя строгая бабуля, требовала немедленного возвращения книги на место после прочтения, а меня такое положение вещей не устраивало. Я люблю, еще долго держать книгу при себе. Именно поэтому я никогда не любила библиотеки, может это кого-то заставляет концентрироваться, но у меня не получалось, в результате выходило не чтение, а пытка. Как бы то ни было, с собраниями сочинений в те годы у меня отношения не складывались, хотя ах и ох "Война и мир" уже была прочитана, вкупе с "Тихим Доном",  "Доктором Живаго", и большей частью романов Стругацких. Но в действительности, я тогда (да может и сейчас) не сильно отошла в своем развитии от ребенка, которому хотелось сказки. И потому моим излюбленным жанром, наверное, на многие годы стал жанр фэнтази, научной фантастики, и все смежные с ними. Так вот тогда мне и попалось "Кровавое солнце" и планета Даркоувер впридачу. И мне очень стыдно, но на этих длинных новогодних праздниках я откопала в интернете всю сагу. Оказалось, что я читала всего две книги из 10, и тогда много лет назад мне попалось самое первое русскоязычное издание. Читается сейчас это все довольно смешно и забавно, хотя так же легко и взахлеб, как и в детстве. И я собственно даже не жалею потраченного времени, давно так хорошо не отдыхала. Чего и вам желаю.

Кто сможет решить?

Задача по математике для 2 класса: На двух полках стояло по 15 книг. С одной полки взяли несколько книг, со второй полки взяли столько же, сколько осталось на 1 полке. Сколько всего взяли книг?

Не стало Бориса Стругацкого. Светлая память.

Оригинал взят у rualev в Сразу стало пусто

«В самом деле, каково это - жить на переломе истории? Надо подумать. Что это такое, собственно, - перелом истории? Когда на перекрестках стоят броневики и чадят костры, на которых догорают старые истины, - это уже не перелом истории, это уже началась новая история. А перелом - это производная по времени. Говорят, сердечники реагируют не на плохую погоду, а на изменение хорошей. Вокруг еще солнышко сияет, тепло благорастворение воздухов, но давление начало меняться, и сердечник хватается за сердце. Может быть, и с историей так же?»

«Люди это или не люди? Что в них человеческого? Одних режут прямо на улицах, другие сидят по домам и покорно ждут своей очереди. И каждый думает: кого угодно, только не меня. Хладнокровное зверство тех, кто режет, и хладнокровная покорность тех, кого режут. Хладнокровие, вот что самое страшное. Десять человек стоят, замерев от ужаса, и покорно ждут, а один подходит, выбирает жертву и хладнокровно режет ее. Души этих людей полны нечистот, и каждый час покорного ожидания загрязняет их все больше и больше. Вот сейчас в этих затаившихся домах невидимо рождаются подлецы, доносчики, убийцы, тысячи людей, пораженных страхом на всю жизнь, будут беспощадно учить страху своих детей и детей своих детей».

«Именно то, что наиболее естественно, менее всего подобает человеку».

«Там, где торжествует серость, к власти всегда приходят чёрные».

«Вот так думаешь, думаешь, думаешь - и в конце концов выдумываешь порох...»

«Именно люди с обостренной совестью и должны будоражить массы, не давать им заснуть в скотском состоянии, поднимать их на борьбу с угнетением. Даже если массы не чувствуют этого угнетения».

«Я вам скажу: никогда не жалейте о том, что делали. Лучше от этого вы все равно не станете. Хуже – тем более. Все было так, как оно было, и прежними нам не стать, даже если напишем три тома автобиографии, кастрировавшей прошлые пороки. Я думаю, что там, куда мы идем, важно что-то другое».

«Не существует единственного для всех будущего. Их много, и каждый ваш поступок творит какое-нибудь из них…»

«Десять задумавшихся — это совсем не так мало. Дай бог каждому из вас на протяжении всей жизни заставить задуматься десять человек».

«И мы думали в общем правильно, только многого не учли».

С днем рождения, Вилен!

У каждого в жизни, наверняка, есть человек с которым ты не встретился. Кажется должен был бы, и дружили бы, и спорили б до хрипоты, и ругались бы, или на лавочке сидели бы, обсуждая судьбы мира, или шутили, измеряя высоту шпилек на проходящей красотке. Но не встретились. Не успели. Для меня первой и главной такой НЕвстречей стал Вилен. Это потом уже пришли его книги, его мастерское слово - простое и звеняще-ясное, его мысли, изложенные, спрессованные в печатных страницах. Все это было потом. А сначала был он сам - остроумный, окруженный друзьями и в то же время бесконечно одинокий, чувствующий, где-то нежный, где-то твердый, умный, веселый, грустный. Живой. И товарищ Жирноптицын, и село Охранокаменск, и господин Гильгомеш  - это тоже все оттуда, живое, веселое, фееричное, такое буднично-блистательное, что дух захватывало. Оттуда из той удивительной дружбы, случившейся задолго до моего появления, знакомой мне только по рассказам его друзей. И он сам - почти мифический, легендарный, почти литературный, но такой живой, кажется протянешь руку - вот же он. Только позвони, забеги в это странное старое здание с широкими лестницами и гулким эхом коридоров, или присмотрись повнимательнее вон к тому прохожему на Проспекте.  
Это потом уже пришло понимание, что он был одним из немногих ученых, сумевших свести воедино, осмыслить, и соткать в единое полотно всю этнографию Осетии. Одним из немногих, который смог вычленить тот стержень, основу, ось, вокруг которого крутился весь мир с его обрядами, праздниками, игрищами, куклами, стягами, скачками, пищей, молитвой, космосом. Он его разглядел, увидел, описал и вручил нам, как посох, чтобы мы могли идти дальше, опираясь на него.
Я часто мысленно разговариваю с ним, иногда спорю, иногда соглашаюсь. За эти годы в какой-то степени он стал для меня камертоном, и во многом именно он открыл для меня Осетию такой, какой я ее знаю, стал для меня проводником, рассказчиком, толкователем. Я это помню. Говорят, пока человека помнят, он живет. Вилен живет. И будет жить еще долго.
VILEN_15_1
Сегодня Вилену Уарзиати исполнилось бы 60 лет. 
 
 

Чудны дела твои, Господи!

Думал ли когда-нибудь Михаил Афанасьевич, что в ненавидимом им Владикавказе будет стоять ему памятник. Думаю, не думал никогда. Владикавказ люто издевался над ним, а Булгаков ему мстил сторицей. Улицу, где жил писатель переименовали сначала в улицу Сталина - злее врага и не придумаешь, потом в Маяковского - тоже тот еще субчик, Михаил Афанасьевич, думаю, ежился каждый раз. А теперь на углу все той же Маяковского (не Булгакова, хотя в отличие от Маяковского он на ней жил), и Проспекта будет памятник весом 500 кг. и высотой около 2 метров. Коллегиальное решение мэрии. Собственно я ничего против памятника не имею, это даже очень хорошо, но может восстановить хотя бы историческую справедливость и вернуть заодно улице старое ее название, раз уж не суждено ей быть улицей Булгакова.
Кстати, вобще с улицами у нас интересно выходит. Улица Вахтангова находится вовсе не там, где вырос сам Вахтангов, а совсем в другом месте, где жил Киров. Улицы Гассиева нет вообще, хотя дом его есть, а улицы нет, даже переулочка. И улица Газданова к его дому не имеет тоже никакого отношения. ЧуднО.
Любопытно посмотреть на памятник. Небось опять стоячий истукан какой-нибудь будет, а хотелось бы, чтоб на лавочке сидел, и лавочка, может, спиной к его дому, под козырьком, оплетенным виноградной лозой. Чтобы каждый мог с ним рядом сесть и может пронесется у него перед глазами завьюженный Андреевский спуск, а может заваленный шапками снега голодный вымороженный Владикавказ начала прошлого века. Кто его знает.

На скорости 80 км. в час о поездке в Цхинвал. часть2.

Южная Осетия встретила нас пасмурным небом и такой вот машиной. Я не знаю, как она называется, но выглядит как тот мирный трактор из анекдота. 


А еще новенькой противолавинной галереей.



Collapse )
 На самом деле, конференция была очень предметная, много интересного было сказано, и обсуждали действительно конкретные проблемы. Мы договорились с комитетом о включении ЮОР в проект "Потерянная Осетия" и уже начали претворять наши договоренности в жизнь. Обменялись полезной информацией и контактами. Так что дебют состоялся, и по-моему весьма неплохо. Очень порадовали меня ребята из охраны памятников ЮОР. Молодцы! Очень хорошая организация, да и понимание проблемы очень правильное. Я бы сказала, что нам надо у них поучится. Пожелаю им хорошего финансирования на все их проекты.